Небольшое зеркало, которым Марк в основном пользовался для бритья, отразило бледное с кругами под глазами лицо. Черная косая челка свалялась в косичку и прилипла ко лбу. Вся левая щека залита кровью, и сплошной, ставший уже не красным, а коричневым натек спускался к горлу, полностью закрывал его и падал на грудь. Тебе бы сейчас в фильмах ужасов сниматься, - подумал Марк. Но - странное дело - смыв кровь и кое-как расчесав волосы, он обнаружил на скуле мелкую зажившую ссадину, а горло пересекал хотя и страшный, но тонко зарубцевавшийся шрам. И тут до Марка наконец стали доходить происшедшие с ним несообразности. Память и логика подсказывали, что он убит. И даже, если встреча с Анубисом не сон или наведенная галлюцинация, то почему, скажите на милость, он не ограблен? Не снято с мизинца проклятое кольцо, не отобраны деньги? Что искали в этой комнате, не тронув его самого? Все вещи, с которыми он собирался бежать, остались при нем. Это было самое главное и непонятное противоречие - остальное еще можно как-то объяснить. Даже заживший шрам, даже воскресение из мертвых - хотя тоже, конечно, нонсенс! В любом случае пока Марк понял одно - оставаться в комнате нельзя, надо бежать и как можно быстрее. Страшно хотелось курить, но ради этого не стоило задерживаться. Часы показывали четверть пятого - самое глухое время суток. Первый порыв - поехать в Пулково или на один из вокзалов и покинуть Питер - вскоре прошел. Надо еще разобраться - жив ли он, в конце концов, или мертв? Звучит, конечно, смешно, но выяснить это хотя бы для себя стоило. К тому же, следуя логике событий, его вряд ли станут искать, ведь для Аполлинария и его боевиков он умер, погиб, исчез, вычеркнут из жизни. Поразмыслив над этим, Марк с большим трудом изловил такси и отправился через весь город в район Автово, где недалеко от Кораблестроительного института жила Света Тернова.