То, что со Светой Марк расстался почти полгода назад и, как он утверждал, навсегда, его смущало мало. Да и другого выбора не было - близкими друзьями за все эти годы Марк так и не обзавелся. В пять часов утра не стоит ломиться даже к любимому человеку. Трудно рассчитывать на радость встречи и приятное общение с тем, кого вы только что оторвали от сладкого утреннего сна. А со Светкой-Веткой последняя встреча у Марка вышла и вовсе безобразной, после этого он даже "Букинист" на Герцена, где та работала продавщицей, миновал по касательной. Сначала Ветка наотрез отказалась открывать Марку дверь, и он терся на лестничной площадке, то взывая к милосердию, то угрожая, что вышибет замок. Последнее произвело впечатление - его впустили. Попав в знакомую однокомнатную квартиру, Марк быстро убедился, что самые страшные опасения найти здесь своего заместителя не оправдались. Чужим мужским духом в квартире не пахло, мало того - под вешалкой стояли его старые домашние тапочки. Не дожидаясь, пока Марк разденется, и не произнеся ни слова, Ветка прошла на кухню и загремела там посудой. Хороший признак, - подумал Марк, - сейчас сварит кофе. Что бы такого наврать, чтобы не выгнала? Но за чашкой кофе - сварили, и для него! - врать особенно не пришлось. Жадно затягиваясь, Марк курил и рассказывал, сбивался и повторялся вновь, путался и перескакивал с одного события на другое, но кое-как вылепил из невнятного повествования почти всю правду о прошедшей ночи. О собственном убийстве он благоразумно все же умолчал так же, как и о встрече с Анубисом. Для Ветки это было бы, пожалуй, чересчур. Она и так слушала его, как завороженная, широко раскрыв ставшие совсем не сонными глаза, и знакомая родинка на смуглой ключице иногда мелко вздрагивала в такт быстрому биению сердца. - Тебя здесь не найдут, - сказала она и медленно приблизила свое лицо к Марку. - Только никуда не уходи! И эта комната, и Ветка, непроходящая осенняя мгла за окном и знакомый запах простыней - все это сделали вдруг мир до боли реальным.